Маша повстречала хомяка. Одинокий, прекрасный, как Джонни Депп, и такой же нужный в хозяйстве, он переползал дорогу в опасном месте. Рост средний, шатен, глаза грустные, холост. Он явно пережил травлю и непонимание и планировал умчаться вдаль розовым пятнышком на скате грузовой покрышки. Но встретил Машу.
Ну как вам объяснить про девичье сердце. Вот через дорогу ползёт Джонни Депп. Трезвый, несчастный, пушистый. Разве б вы не принесли его домой? Я бы — ни за что!
Теперь хомяк живёт у нас в шкафу, в тазике. Из еды предпочитает хлеб, салат и немного туалетной бумаги на сладкое. Очень воспитанный.
Сначала кот думал, это мы для него. Смотрел на нас с удивлением и благодарностью. Он с детства хотел бы хомячатинки. Ему редко приносят китайскую еду из ресторана — птиц, лягушек, хомяков.
Коту объяснили газетой по ушам: хомяки нам друзья, а не жиры и витамины. Теперь кот считает, мы дураки ненормальные. Сегодня не жрём хомяков, завтра дружим с пиццей, целуем в нос сардельку и недалёк тот час, когда мы женимся на бутерброде.
Вот сейчас ручка двери поворачивается, как в кино про маньяков. Это кот хочет на себе доказать: хомяк — вкусный и полезный зверь. А дружить лучше с котами, они хотя бы обаятельные.
А ночью этот мешок какашек сбежал. Наш шкаф — отдельная комната. Там всё пропадает, особенно носки, которые не ползают, как утверждает производитель. Теперь вот хомяк.
Всю ночь осатаневший кот целовал дверь шкафа. Под утро стал биться в неё головой. «Да что за жопа, опять травля и непонимание», — подумал хомяк и ушёл жить куда-то в район старой обуви. Пришлось пустить по следу сами знаете кого, у него встроенный GPS-навигатор. Кот быстро определил, какой из тапков содержит хомяка, получил газетой по ушам, ушёл на подоконник и теперь воет по-японски: «Ай-йо, ай-йо».
Люся сказала, что этот хомяк — женщина. Господи, а вдруг он ушёл из дому, потому что забеременел и боится признаться отцу? Теперь родит шестнадцать разноцветных младенцев неизвестно от кого. Я не думал промышлять хомяками в ближайшие годы.
Столько событий, столько событий, пойду на работу, отдохну.
А вы, между прочим, надавайте мне ценных советов по хомяководству.
***
Сейчас три часа ночи, хомяк громко кушает железную клетку. Ему вкусно. Он чавкает. Знаете, я хотел бы и дальше писать про чёрствый мир длинноногих женщин. Или из жизни сантехников, ироническое. Или кулинарные тонкости, отцу на заметку: «Дети любят воблу с чаем, а пиво отвергают». Но теперь это дневник хомяковода, ничего не поделаешь.
Три дня назад он как бы сдох. Были все приметы. Клетка брошена на солнце, в ней лежит хомяк, лицом вверх, лапы скрестил и улыбается. Такой безмятежный, что никаких надежд. Мне сказали, они нежные, как вампиры, мрут от тепла и солнца. Я трогал пальцем тёплый пузик и не знал где найти такого же, пока Маша и кот не расстроились.
Когда-то в Риге была клиника по хомякам, частная. Туда сдаешь простуженного, с оторванной лапкой, простреленного насквозь хомячка. Назавтра забираешь — он уже здоров. И как раньше, не отзывается на имя, значит — тот же. Л